В Карагандинской области поставлена точка в громком деле об истязании шести детей, которые воспитывались в патронатной семье. Специализированный межрайонный суд по делам несовершеннолетних признал виновными супругов и их старшую дочь. Наиболее суровое наказание получил глава семьи - 12 лет лишения свободы в учреждении средней безопасности. Его жена приговорена к 10 годам заключения. Старшая дочь получила 4 года и 8 месяцев лишения свободы.
СОВЕТХАН СМАГУЛОВ. СУДЬЯ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОГО МЕЖРАЙОННОГО СУДА ПО ДЕЛАМ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ КАРАГАНДИНСКОЙ ОБЛАСТИ:
Достоверно установлено, что те обстоятельства дела, которые были изложены в обвинительном акте, нашли свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства. Соответственно, суд пришёл к выводу, что в данном случае вменяемые подсудимым уголовные правонарушения были совершены против прав и законных интересов несовершеннолетних детей.
Суд признал всех троих виновными в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, истязании несовершеннолетних и мошенничестве в крупном размере. Речь идет о государственных выплатах, которые семья получала на содержание детей. Судебный процесс длился более года. По данным следствия, супруги взяли на патронатное воспитание шестерых детей в возрасте от 7 до 15 лет. Однако вместо заботы подвергали их систематическим издевательствам, побоям и принуждали к тяжелому труду. В ходе разбирательства были озвучены шокирующие подробности. Потерпевшие рассказывали о постоянных унижениях и жестоком обращении. Медицинская экспертиза зафиксировала у одного ребенка 19 шрамов, у другого - 47. Один из подростков после избиений перенес несколько операций и получил инвалидность. Подсудимые своей вины не признали. Вместе с тем суд постановил взыскать в пользу каждого из шести потерпевших по 10 миллионов тенге в качестве компенсации морального вреда.
ПРЕДСТАВИТЕЛЬНИЦА ПОТЕРПЕВШИХ ДЕТЕЙ:
Справедливо, я считаю, это справедливо не просто попадать в тюрьму. Конечно, никому я не желаю, просто они сами виноваты. Каяться должны, жалеть они должны. Не прощения не просили, никакой компенсации не платили. Они вели себя уверенно, до сих пор, я думаю, сейчас они тоже себя ведут.