Сегодняшняя международная повестка - это не просто набор конфликтов в разных точках мира. Это три истории о том, как быстро политические решения сталкиваются с реальностью. В Персидском заливе новое перемирие между США и Ираном фактически рассыпается после ударов и ответных атак. В Южной Африке миграционный кризис уже вышел на улицы - протестующие ходят по домам и выводят иностранцев. А в Южно-Китайском море филиппинские рыбаки спустя десять лет после победы в международном суде признают: юридическая победа есть, но безопасного доступа к морю - нет. Подробности у моих коллег.
Персидский залив снова оказался в центре глобальной тревоги. После новых ударов США по Ирану Тегеран заявил об атаках по американским военным объектам в странах региона. Под ударом оказалась инфраструктура в Кувейте, Катаре, Бахрейне и Иордании. Формально стороны говорят о военном ответе. Но, по сути, это уже срыв попытки удержать конфликт от расширения: хрупкое перемирие продержалось всего несколько недель и не выдержало первого серьезного столкновения интересов.
МАРК РЮТТЕ, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ НАТО:
Когда есть режим прекращения огня, а Иран фактически его нарушает, крайне важно, чтобы Соединенные Штаты отреагировали жестко. Поэтому, на мой взгляд, этот новый удар был абсолютно необходим.
Эта оценка важна не только как поддержка Вашингтона со стороны НАТО. Ормузский пролив - это один из ключевых маршрутов мировой торговли нефтью, и любая угроза судоходству там моментально отражается на рынках, логистике и настроениях инвесторов. Поэтому нынешнее обострение опасно не только для Ближнего Востока. Оно может быстро выйти за пределы региона - через цены на топливо, безопасность перевозок и новые военные решения союзников.
В Южной Африке другой кризис - внутренний, но последствия уже международные. В Йоханнесбурге группы антимиграционных протестующих начали ходить от дома к дому, искать иностранцев и передавать их полиции. В районе Александра протестующие ломали двери и выводили людей на улицу. Среди них были женщина и маленький ребенок из Малави, а также гражданин Зимбабве, который заявлял, что находится в стране легально. Для государства с высоким уровнем безработицы мигранты стали удобной мишенью. Но проблема глубже: когда экономика не дает людям уверенности, улица начинает искать виноватых быстрее, чем государство предлагает решения.
БОНГАНИ МСОМИ, ЛИДЕР ОБЩИНЫ В АЛЕКСАНДРЕ:
Мы ходим от двери к двери и выводим иностранцев. Мы хотим, чтобы полиция проверила их документы и забрала тех, кто находится здесь незаконно.
На первый взгляд это локальная история - несколько кварталов, протесты, полиция. Но на деле кризис уже задел соседние страны. По данным агентства "Reuters", из-за опасений за безопасность из ЮАР вернулись десятки тысяч граждан Малави и Зимбабве. Экономисты при этом предупреждают: массовый отъезд мигрантов может ударить по сельскому хозяйству, строительству, торговле и сфере услуг, где иностранные работники занимают значительную часть рабочих мест. Главный риск здесь уже не только в миграции. Риск в том, что уличное давление начинает подменять государственные институты: кто имеет право жить, работать и оставаться в стране - решают не только законы, но и толпа.
А в Азии сегодня вспоминают решение, которое должно было изменить баланс сил в Южно-Китайском море. 10 лет назад международный арбитраж фактически отверг широкие претензии Китая и признал, что ограничения для филиппинских рыбаков у рифа Скарборо были незаконными. Но для самих рыбаков это решение так и не стало настоящей защитой. Как сообщает агентство "Reuters", они по-прежнему боятся выходить к богатым рыбным водам: китайские суда, по их словам, прогоняют лодки, используют водометы и мешают ловле.
ХЕНРИЛИТО ЭМПОК, ФИЛИППИНСКИЙ РЫБАК:
Когда в 2016 году мы услышали, что победили, мы подумали: теперь снова сможем свободно рыбачить, у нас появится надежда на лучшую жизнь. Но они лишили нас права выходить в море.
Эта история точнее всего объясняет весь спор вокруг Южно-Китайского моря. Международное право может дать стране аргумент, союзников и дипломатическую поддержку. Но для человека в рыбацкой лодке важен другой вопрос: может ли он спокойно выйти в море и вернуться домой с уловом. Пока ответ неочевиден, юридическая победа остается символом, а не гарантией безопасности. И именно поэтому Южно-Китайское море остается не просто спором на карте, а одной из самых чувствительных точек мировой политики.