"Сперва одного убил, потом второго убил". Душераздирающие подробности своих преступлений рассказали заключенные колонии максимальной безопасности нашим корреспондентам. Одни там содержаться за убийства, другие за изнасилования или распространение наркотиков. Но итог один - все сегодня сожалеют о содеянном и называют свободу главным смыслом жизни.
По ту сторону решетки побывала моя коллега Лаура Утегенова.
ЛАУРА УТЕГЕНОВА, КОРРЕСПОНДЕНТ:
Один день из жизни осужденного в Вишневке, это колония максимальной безопасности в поселке Аршалы. Закладчки, убийцы и насильники, сейчас узнаем, как отбывают свой срок заключенные этого учреждения.
Эта колония находится в 60 километрах от Астаны. Учреждение № 2 максимальной безопасности было построено в 1957 году. Сейчас здесь содержатся 657 осужденных. Нам удалось поговорить с двумя из них. Адлет Кульшарипов находится здесь с 2015 года. Он осужден по четырем статьям: Убийство, убийство двух и более лиц, хранение и ношение огнестрельного оружия и похищение человека.
АДЛЕТ КУЛЬШАРИПОВ, ОСУЖДЕННЫЙ:
Ну дело было обыкновенное, называется бытовым языком – бытовуха. Ну драка была. Как драка получилась, сперва одного убил, потом получается второго убил, а похищение получилось, из-за чего, из-за того, что я его в машину в багажник положил и получилось похищение. А оружие, там лежал у меня пистолет, но он лежал в машине. Я им не пользовался, он просто лежал.
Со слов Адлета погибшим было 28 и 40 лет. Они выпивали втроем, сменили две локации, во втором месте произошла сора, из-за чего был спор осужденный вспомнить не смог, предположил лишь, что возможно погибшие оскорбили его жену.
АДЛЕТ КУЛЬШАРИПОВ, ОСУЖДЕННЫЙ:
На тот момент, знаете, как-то ощущений у меня никаких не было, я даже и не могу объяснить, почему так получилось и почему так все сделалось, тоже не могу объяснить, у меня к этому логических объяснений нет. Но да, потом, конечно, осознавать начал, когда уже, сидя в тюрьме. Осознал уже как-то, раскаялся, но да это человеческая жизнь, оно того не стоило. Но я осознаю то, что также я мог оказаться на их месте. Лежать сейчас под землей.
После преступления осужденный скрываться не стал, набрал номер жены, попрощался и пошел сдаваться в полицию.
АДЛЕТ КУЛЬШАРИПОВ, ОСУЖДЕННЫЙ:
Зачем скрываться, от того, что скроешься, а толку, все равно будут искать, все равно найдут. Да и куда скрываться, в Казахстане вырос здесь, здесь и умру, как говориться. А поехать куда-то, куда это? Это нереальные вещи вообще.
У Адлета пятеро детей, 12 лет назад, самой младшей дочке было всего 7 месяцев. Периодически семья его навещает.
АДЛЕТ КУЛЬШАРИПОВ, ОСУЖДЕННЫЙ:
Жена ко мне приезжает каждые четыре месяца, как положено. Длительные свидания, вот я, детей привозит вижу, старшие уже большие, старшей дочке уже 22 года, она замужем. Своя жизнь у всех, потихоньку. Дочке младшей, ей уже сейчас сколько, 12 лет. Сыну вот, сын у меня один, ему уже 15. И дочки, четыре дочки и сын.
Самое сложно признался он – привыкнуть к жизни на зоне. Без детей и семьи.
АДЛЕТ КУЛЬШАРИПОВ, ОСУЖДЕННЫЙ:
Как бы не было это зона, как бы не было - это лишение свободы. Охото мне, конечно, дома быть, детей обнять своих. Но раз судьба так сложилась, ничего не сделаешь. Приходится смириться, крепиться, ну надежда есть всегда, надежда никогда не умирает.
Вопрос: Если бы у вас была возможность вернуться в то время, чтобы вы сделали?
АДЛЕТ КУЛЬШАРИПОВ, ОСУЖДЕННЫЙ:
Я даже и не могу сказать, что можно было сделать, но уж точно ошибки не повторял бы. + Я бы сказал, лучше бы меня убили, мне было бы проще.
Второй осужденный, с которым нам удалось побеседовать попросил скрыть его имя и лицо, он сидит за распространение наркотиков – закладчик. Ему было примерно 30, когда он решил заработать легкие, но грязные деньги. Приговор – 8 лет строго режима. В колонии он уже три года.
ЕРЛАН (ИМЯ ВЫМЫШЛЕННОЕ):
Происходило это очень просто. Я нашел объявление о работе, заинтересовался, связался. Мне сказали, что это доставка наркотиков. На тот момент, когда я собирался отказываться, мне показали большие суммы, которые я могу заработать, естественно я не устоял перед легкими деньгами. Согласился. Они меня уверяли, что это абсолютно безопасно, что мне все сойдет с рук.
Ерлан отметил, что самое главное для вербовщиков - войти в контакт с человеком, а дальше, по его словам они находят нужные слова. Он назвал их психологами. За такое преступление платят не малые деньги, рассказал осужденный. Предлагают более миллиона за неделю, но стоит ли это того?
ЕРЛАН (ИМЯ ВЫМЫШЛЕННОЕ):
Нет, легкие деньги они легко тратятся, на всякое не знаю, на всякие развлечения потратил деньги, да и все. + Я бы не занялся этим ни за что. Это того не стоит, это потерянные годы своей жизни. Я много упускаю. Не вижу своих близких и родных. Помимо всего прочего, я-то ведь нахожусь в учреждение строгой безопасности. Строго режима. Здесь каждый день похож на другой день. Серые будни из-за дня в день это продолжается.
Две разные судьбы, разные преступления, но итог один: роковые решения, принятые за минуты, оборачиваются годами за решеткой. Для одних это расплата за вспышку агрессии, для других - цена за «лёгкие деньги». И все заключенные говорят одно: свобода - самое дорогое. Жаль, что понимают об этом слишком поздно....
