Бизнесмены Казахстана всё чаще совершают групповые преступления. Но так ли это на самом деле? Таким вопросом задался бизнес-омбудсмен Казахстана Канат Нуров. По его данным за 9 месяцев прошлого года по статье 262 Уголовного кодекса заведено 112 уголовных дел, что на 51% больше, чем за аналогичный период 2024 года. Но Уполномоченный по защите прав предпринимателей уверен, проблема вовсе не в бизнесменах, а в размытых формулировках закона. Между понятиями "преступная группа" и "организованная преступная группа" нет чётких границ, поясняет Нуров. При этом отмечает - бывают случаи, когда правоохранители трактуют обычное преступление, как деятельность ОПГ в угоду следствия. Инициатива бизнес-омбудсмена уже встретила поддержку в Администрации президента. Предложения направили в Министерство юстиции.
КАНАТ НУРОВ, УПОЛНОМОЧЕННЫЙ ПО ЗАЩИТЕ ПРАВ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ КАЗАХСТАНА:
Есть такое понятие "группа лиц". Основная проблема - между обычной преступной группой лиц и организованной преступной группой нет никакой границы. Я хотел эту границу внести, потому что Конституция требует от законодательства, чтобы оно имело правовую определённость. Мы не должны вводить такие термины, которые противоречат формальной логике общего естественного языка.
Уполномоченный по защите прав предпринимателей отмечает, что именно цель преступления позволяет отличить нарушителя от участника ОПГ. К тому же, бизнес-омбудсмен подчеркивает, что порой криминальные структуры попросту вынуждают граждан совершить преступление.
КАНАТ НУРОВ, УПОЛНОМОЧЕННЫЙ ПО ЗАЩИТЕ ПРАВ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ КАЗАХСТАНА:
Его же никто не будет спрашивать - он захотел или его заставили так сделать? Естественно его заставили - кто он такой, чтобы отказываться от предложения, от которого нельзя отказываться. Во-первых, "преступная цель" слишком общее понятие. Надо, чтобы была специфическая преступная цель создания ОПГ. Во-вторых, речь идёт о предприятиях, которое не имеет отношения к ОПГ потому, что это преступное объединение физических лиц.
